[357406]["60a626ac416e1830b91de410de5ffe04","97c325db9b16f92d4343063df6ef5166","ec2dad1c67250725e0f15fc956ff6081","e7722914856561b02d94463cd4b74672","b1ea1a576616589deb82773218fa60fe","a5621b3f927f8d319aec4d2f3d0d4016","094b39ba9e042f2246ed7d614b42c835","f844c772b4075453257d6e345431b344","11e7721d7c5115916e30db2120a51186","d1bd9d39a637f25b0a4daae44de893b8","f37030c91c2326bfc3513daca4938a41","94cf08712a884fe6dcd37d633a814ab2","bf051f8895619dcdfaf3284ee60e51ea","3c1c13753f3870761b13fa5da9007629","e7c8da55e5cc6ff3a964884b80be4481","74c2d7bb533dbfd4912dd02483ebd2a0","350991fce9ab82f29fd5962ae99f3690","0ba91ebd3fd610c1ea8df26336aa4055","cbf7e4d31bdb7b833a95a2779195bc2e","edcc6ddc7be0d7b3971e74f479893f08","b8745852ec7956d8056a6eb3ff852a45","6014e6acbf36a6a9a40e60a4f9ab1554","fac112d38d6d7b23f85b7248a659296f","cb5751e398df7695bdba2ea7b9508ccd"]
Земфира:
Вендетта 2004
[357406]["60a626ac416e1830b91de410de5ffe04"]
Жужа
[357406]["ec2dad1c67250725e0f15fc956ff6081"]
Итоги
[357406]["b1ea1a576616589deb82773218fa60fe"]
Самолет
[357406]["094b39ba9e042f2246ed7d614b42c835"]
Блюз
[357406]["f844c772b4075453257d6e345431b344"]
Прогулка
[357406]["11e7721d7c5115916e30db2120a51186"]
Друг
[357406]["d1bd9d39a637f25b0a4daae44de893b8"]
Жужа
[357406]["f37030c91c2326bfc3513daca4938a41"]
Малыш
[357406]["94cf08712a884fe6dcd37d633a814ab2"]
Повесица
[357406]["bf051f8895619dcdfaf3284ee60e51ea"]
Красота
[357406]["e7c8da55e5cc6ff3a964884b80be4481"]
Дыши
[357406]["350991fce9ab82f29fd5962ae99f3690"]
Прогулка
[357406]["0ba91ebd3fd610c1ea8df26336aa4055"]
Блюз
[357406]["cbf7e4d31bdb7b833a95a2779195bc2e"]
Повеситься
[357406]["edcc6ddc7be0d7b3971e74f479893f08"]
Самолет
[357406]["b8745852ec7956d8056a6eb3ff852a45"]
Самолёт
[357406]["fac112d38d6d7b23f85b7248a659296f"]
Красота
Я сказал: «От твоего альбома у меня поднялась температура», — и тогда певица Земфира положила мне ладонь на лоб. В следующую секунду у меня в наушниках ее голос пропел: «Твой аналитик просто б…дь». В роли аналитика в данном случае выступаю я сам. Земфира сидит рядом, я слушаю - еще даже не альбом, а какие-то неоперившиеся предтечи окончательных миксов, — и мне нужно что-то ей сказать. Прямо здесь и сейчас. Она ведь и сама поет так на новом альбоме: «Давай выпьем прямо здесь и сейчас». Вообще-то, я по долгу службы много чего написал в своей жизни про Земфиру. Проблема заключается в том, что, скажем, в газете «Известия» мне вольно было называть ее «мастерицей виноватых взоров», а когда эта предположительная мастерица сидит рядом… То-то, читатель. Впрочем, даже и в дециметре от нее мне вновь пришел на ум спасительный Мандельштам с его понятиями «жизняночка и умиранка» - но как такое произнесешь? Мне подумалось, что ее новые песни — это хрупкие исповеди перемытых косточек; то, что давно, казалось, известно, вдруг подставляет новую, нецелованную грань. Нет, так тоже нельзя сказать. Я слышу, как под пальцами участника записи Игоря Вдовина сминается-хрустит электронная пастила в прекрасной вещи «Вернись, мой друг», хочу сообщить нечто льстивое на этот счет, но Земфира решительно выдыхает: «От Вдовина в этой песне одни барабаны остались». (Вообще, в новом альбоме жестких рок-н-ролльных риффов куда больше, чем электронных происков.) Меня почему-то смущает берцовый слэп-бас (как у раннего «Морального кодекса», ей-богу) в совершенно чудесной песне «Все такие разные» (просто новая «Девочка созрела»), мне претит росчерк гитары там же, я приоткрываю рот — но Земфира предупреждает: «Не думай о звуке». Я задумываюсь о вальяжно-тревожном соло в другой композиции — Земфира замечает: «Здесь соло должен был играть Брайан Мэй, но как-то не сложилось. А мы, башкиры, гордые, я два раза просить не буду». А потом я вдруг слышу, как она поет на пластинке: «Хороший парень, тебе бы понравился», — и тут уже пускаюсь во все тяжкие, восклицаю, что это лучшая строчка на альбоме, а может, и вообще ее лучшая строчка. Земфира — та, что сидит рядом, — смешливо морщится, привычно поднимая ворот черного свитера до ушей и выше. Земфира — та, что ударяет мне в голову с двух сторон,- поет без слов свой самый прекрасный вокализ.
Тогда я ей ничего путного не сказал: все путался в Мандельштаме, роптал на температуру, петлял. Да и сейчас я, признаться, думаю лишь об одном: с какой же ледокольной грацией эта молодая женщина рассекает музыкальное пространство. Стоит ей запеть — и самая мысль о неточных аранжировках удаляется, как не разжалованная даже, а пойманная на воровстве прислуга. Ее песни практически невозможно испортить — настолько внятен и содержательно совершенен их посыл. Название альбома показательно — Земфира действительно не схватывает на лету, как Лагутенко, не раскидывает мозгами, как Летов; она именно что добывает, простецки и споро преодолевая сопротивление материала, - и наградой ей служит нефть, бьющая из каждой песни и попахивающая вечностью.
