Чье-то остроумное замечание, что половина всего скандинавского металла пишется за то же время и деньги, что Ларс Ульрих тратит на расчехление своего бас-барабана, по сути, не слишком грешит против правды. Metallica не только прославились своей производственной неспешностью, но и всю свою жизнь одновременно слыли стяжателями и отцами родными: целевая аудитория без конца пеняла им за коммерческий успех, но как только дело доходило до живых выступлений, послушно бежала на заклание; как пела одна поп-группа, это сильнее меня. Досадный диссонанс в такой несколько криводушный, но комфортный для всех расклад вносили все хуже продававшиеся альбомы — вращаясь в одном из самых твердолобых ответвлений современной музыки, «Металлика» шла поперек его сектантской природы буквально во всем, много экспериментируя и беспечно плюя на таргетинг; да и как можно требовать идеологической стойкости от ансамбля, состоящего из барабанщика с хваткой капиталистической акулы, гитариста-метросексуала, завязавшего алкоголика у микрофона и паяца-басиста с панковским прошлым и фактурой озверевшей Покахонтас.
Судя по агитпроповскому размаху, с которым рождался «Death Magnetic», к похожим выводам пришла и сама «Металлика». Вверив себя заботам золотоносного продюсера Рика Рубина, музыканты объявили откат в эпоху альбомов «Master of Puppets» и «…And Justice for All», переоделись в исторически достоверные джинсовые куртки и нарисовали на обложке гроб. Испорченные металлисты немедленно заявили, что обложка похожа на женские гениталии, а на одном из профильных форумов было высказано предположение, что таким образом «Металлика» намекает нам на то, что альбом будет пи…датым. Так или иначе, «Death Magnetic» в самом деле задумывался как извинение за все былые кармические неполадки — от так и незабытой войны против пиринговых сетей до поучительного провала диска «St. Anger».
Припадать к корням — добрая традиция, и на первый взгляд новодел больше всего смахивает на собрание милых сердцу гиперссылок: «The Day That Never Comes» — сборная конструкция из «One» и «Fade to Black», «My Apocalypse» — слепок с «Battery», «The End of the Line» — гремучий отголосок всего «Черного альбома» разом; тут даже есть песня «The Unforgiven III». Впервые в жизни Metallica звучат как собственные эпигоны — но при этом звучат будь здоров, 75 минут в режиме «balls to the wall». Собственно, главное открытие в случае «Death Magnetic» состоит именно в том, что писался он все же не по принципу «пан или пропал», а скорее под лозунгом «Кому не понравится, тот дурак». Свой сильно вторичный, но при этом сильно свирепый, поджарый трэш «Металлика» подает с таким супергеройским апломбом, словно запускает адронный коллайдер. Четыре мужика долбятся сапогами в небесную дверь — ощущения примерно такие, как будто бы в первый раз смотришь картину «Армагеддон».